Наступила ногой на шею решение суда

потерпевшего Р-на А. П.,

подсудимого Одинцова Е.А.,

защитника адвоката Строкина А. А.,

при секретаре Захаровой Т.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело, по которому

обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных п. «к» ч. 2 ст. 105, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л

Одинцов Е.А. совершил убийство потерпевшей Р-ной И.В., а также кражу чужого имущества. Преступления совершены в г. * при следующих обстоятельствах.

В ночь с 20 на 21 * 2010 года Одинцов, находясь в алкогольном опьянении, проник на территорию предприятия ООО «*» в п. *, на котором работал с * 2010 года, и зашел в сторожку к знакомой Р-ной И.В., работавшей на данном предприятии сторожем. Р-на стала выгонять Одинцова, из-за чего между ними произошла ссора. В ходе ссоры на почве возникших личных неприязненных отношений Одинцов с целью убийства повалил Р-ну на пол, стал душить ее, сдавливая шею потерпевшей рукой, а затем наступил ей на шею ногой, удерживая до причинения смерти. В результате механической асфиксии от сдавливания шеи Р-на скончалась на месте происшествия. После убийства Одинцов, решив совершить кражу, тайно похитил у Р-ной деньги в сумме * рублей, а также сотовый телефон «*» с зарядным устройством стоимостью * рублей, похитив имущество потерпевшей на общую сумму * рублей. С похищенным Одинцов с места происшествия скрылся.

В судебном заседании подсудимый Одинцов Е.А. признал себя виновным в предъявленном обвинении частично. Из показаний подсудимого следует, что, работая с * 2010 года в ООО «*», познакомился с Р-ной, работавшей там же сторожем, бывал у нее в сторожке, были случаи, когда он приходил в сторожку ночью, чтобы распить спиртное, и «она пускала его, чтобы не было скучно». В ночь с 20 на 21 * он распивал спиртное с друзьями, а когда они разошлись, решил пойти к Р-ной, чтобы продолжить у нее в сторожке. Чтобы сократить путь, на территорию проник через ограждение. Когда зашел в сторожку, Р-на стала ругаться, что он проник через забор, прогоняла его. Находясь в нетрезвом состоянии, он отказывался уходить. Разговор продолжался на повышенных тонах и перерос в ссору, в ходе которой Р-на оскорбила его. Разозлившись, он повалил Р-ну на пол и сдавил ей шею рукой, чтобы прекратить оскорбления. Затем он со злости, из неприязни, с целью убийства наступил ей на шею ногой и уперся руками в потолок. Таким образом, он задушил потерпевшую, лицо погибшей накрыл кофтой. После этого, решив совершить кражу, взял со стола сотовый телефон «*», в куртке потерпевшей взял деньги около * рублей. Ушел домой к сестре — З-вой, которой рассказал об убийстве женщины. После этого распивал с З-вой и А-вым спиртное, а утром уехал из Омска.

Не оспаривая причинение потерпевшей смерти, Одинцов одновременно признает наличие у него умысла на убийство, указывая, что, «когда душил, со злости хотел ее смерти», «со злости наступил ногой ей на шею, чтобы убить». Относительно мотивов преступления утверждает о неприязни к потерпевшей, возникшей в связи с происшедшей ссорой и побудившей его к убийству, с последующим возникновением умысла на кражу.

В ходе расследования, допуская расхождения относительно отдельных деталей и мотивов насильственных действий, о чем будет изложено ниже, Одинцов последовательно признавал совершение преступления в отношении потерпевшей, показывал, что задушил Р-ну, сдавливая шею рукой и затем, наступив ей на шею ногой, после чего похитил у нее деньги и телефон. Показания получены в соответствии с требованиями закона, с разъяснением процессуальных прав, включая право на защиту и конституционное право не свидетельствовать против себя, с участием защитника, и являются допустимыми доказательствами.

Помимо признания и изложенных выше показаний виновность подсудимого подтверждается следующими доказательствами.

Согласно представленным в деле документам, Р-на И. В. работала сторожем в ООО «*». Одинцов с 3 * 2010 года был принят на данное предприятие разнорабочим. Из показаний супруга погибшей — потерпевшего Р-на А. П., также работавшего в ООО «*», и свидетеля Ш-д Л. П., работавшей на этом предприятии сторожем и кассиром, следует, что Р-на в связи с работой была знакома с Одинцовым, общалась с ним, он бывал у нее в сторожке.

По поводу происшедшего они показали, что в ночь с 20 на 21 * Р-на находилась на дежурстве. Согласно показаниям Ш-д Л. П., утром 21 * она пришла на работу, чтобы сменить Р-ну, увидела ее на полу без признаков жизни. Лицо Р-ной было накрыто кофтой. О случившемся сообщила в милицию.

Объективно из протокола осмотра места происшествия следует, что 21 * 2010 года на территории ООО «*» в п. *, в помещении сторожа был обнаружен труп Р-ной И. В. с признаками насильственной смерти. Погибшая находилась на полу в положении лежа на спине. Как установлено заключением судебно-медицинской эксперты, причиной смерти Р-ной И. В. явилась механическая асфиксия вследствие сдавления шеи. У Р-ной обнаружены множественные сливающиеся между собой ссадины, кровоподтеки и кровоизлияния в мягкие ткани и органы шеи, которые образовались в результате сдавливания шеи тупым твердым предметом с шероховатой поверхностью, совокупно они повлекли за собой быстрое наступление смерти. Наряду с этим имелись ссадины подчелюстной области, на груди, на руках и ноге.

Из показаний Р-на А. П. и Ш-д Л. П. также следует, что в тот день — 20 * Р-на получила заработную плату (аванс) в сумме * рублей. Данное обстоятельство подтверждается и справкой, представленной ООО «*». По показаниям Р-на А. П., у потерпевшей были деньги и помимо полученной зарплаты, всего у нее было не менее 3 тысяч рублей. Кроме того, у нее был сотовый телефон «*» с зарядным устройством, стоимостью * рублей. Как видно из протокола осмотра места происшествия, телефон и деньги при осмотре обнаружены не были.

В судебном заседании допрошена сестра подсудимого свидетель З-ва О. С., и на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ исследованы показания, данные ею на предварительном следствии. Согласно показаниям З-вой, Одинцов ушел вечером 20 * и вернулся ночью около 3 часов. Одинцов говорил, что убил женщину, подробности не рассказывал, позвал ее в магазин. После этого они распивали спиртное, а утром он уехал. Показания свидетеля на предварительном следствии получены в соответствии с законом, с разъяснением положений ст. 51 Конституции РФ, и в этой части они не оспариваются свидетелем. Свидетель А-в Р. М., проживающий в гражданском браке с З-вой, также показал, что Одинцов ушел вечером и вернулся ночью, ходил с З-вой в магазин, а утром уехал. В ту ночь у Одинцова «появился» сотовый телефон, которого раньше не было.

Как видно из протокола, при задержании в соответствии со ст. 91 УПК РФ 23 * 2010 года у Одинцова изъят сотовый телефон «*» с зарядным устройством. Согласно протоколу опознания, данный телефон был опознан Р-ным А. П. среди других предъявленных как принадлежавший его жене Р-ной И. В.

На основании изложенного, анализируя полученные доказательства в совокупности, суд считает виновность подсудимого в причинении потерпевшей смерти и завладении ее имуществом полностью доказанной.

Так, подсудимый последовательно, на предварительном следствии и в судебном заседании, признает совершение преступления в отношении Р-ной. Его показания об обстоятельствах преступления, согласно которым он повалил Р-ну на пол и задушил ее, сдавливая шею рукой и наступив ей ногой на шею до причинения смерти, накрыл кофтой лицо погибшей, полностью соотносятся с объективными доказательствами и показаниями свидетеля Ш-д, обнаружившей труп. Показания подсудимого о похищенном имуществе также подтверждаются показаниями Ш-д и Р-на, иными доказательствами. Таким образом, Одинцов проявил осведомленность о таких обстоятельствах, которые не могли быть известны постороннему, что свидетельствует о достоверности его показаний. Существенное доказательственное значение имеют показания свидетеля З-вой, из которых следует, что Одинцов во время, когда было совершено преступление, дома не находился, вернулся ночью и еще до обнаружения преступления рассказывал об убийстве потерпевшей. Изъятие у Одинцова телефона Р-ной объективно изобличает его в преступлении. Какие-либо данные, указывающие на причастность к преступлению иных лиц, отсутствуют. Сам подсудимый на такие обстоятельства никогда не ссылался, и оснований полагать о самооговоре не имеется. С учетом изложенного, суд приходит к выводу о достоверности сделанных Одинцовым признаний в преступлении.

Сдавливая шею Р-ной рукой, наступив ей на шею ногой и сдавливая органы шеи всей тяжестью своего тела, Одинцов умышленными действиями причинил смерть потерпевшей. При этом он, безусловно, осознавал, что такие действия сопряжены с причинением несовместимых с жизнью повреждений. В судебном заседании он признал, что, «когда душил, со злости хотел ее смерти», «наступил ногой, чтобы убить». На предварительном следствии также признавал, что «душил рукой и, желая убить, наступил ногой на шею, пока она не перестала подавать признаков жизни». Эти показания Одинцова относительно направленности его умысла, содержащие признания в умышленном лишении потерпевшей жизни, полностью соответствует характеру предпринятых им насильственных действий и наступившим последствиям. При таких обстоятельствах суд считает установленным наличие в действиях подсудимого прямого умысла на убийство, который и был им реализован, и содеянное обоснованно квалифицировано как убийство.

Выводы органов расследования о совершении Одинцовым убийства Р-ной с целью облегчить совершение другого преступления, а именно хищения денежных средств из сейфа предприятия ООО «*», — не нашли своего достаточного доказательственного подтверждения, и квалифицирующий признак, предусмотренный п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, исключается из обвинения.

Как видно из материалов дела, в основу данного обвинения положены показания подсудимого на начальной стадии расследования, в которых он говорил, что проник на территорию с целью хищения денег из сейфа, зашел в сторожку за ключами, был обнаружен потерпевшей и убил ее, чтобы она не помешала хищению и не было свидетелей, затем взял деньги и сотовый телефон потерпевшей. Однако в соответствии с законом признание подсудимого может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его совокупностью других доказательств. По настоящему делу такие доказательства отсутствуют. Более того, эти показания подсудимого о целях убийства не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в обвинении. В частности, показания Одинцова о том, что он знал о деньгах в сейфе, кассир Ш-д в его присутствии доставала деньги из сейфа и т. п., опровергнуты названным свидетелем. После лишения Р-ной жизни никаких действий по завладению денежными средствами из сейфа предприятия подсудимый не предпринимал, а хищение денег и имущества потерпевшей не связывается в обвинении единством умысла и целей с предшествующим этому убийством.

Одинцов еще на предварительном следствии отказался от данных признаний, утверждая о ссоре с потерпевшей, завершившейся убийством, объяснил суду причины, по которым пришел в сторожку. Подтверждено, что Одинцов был знаком с Р- ной, общался с ней, приходил в сторожку к потерпевшей, которая, по показаниям Ш-д, угощала его чаем. Версия Одинцова о ссоре не опровергнута, и суд считает установленным, что мотивом убийства явились личные неприязненные отношения, возникшие в связи с происшедшим конфликтом, о котором показал подсудимый.

Читайте также:  Мфц справка о доходах для субсидии

При этом оснований полагать о совершении преступления в состоянии аффекта не имеется. По смыслу закона состояние, о котором говорится в ст. 107 УК РФ, представляет собой исключительно сильное, быстро возникающее и бурно протекающее эмоциональное состояние, которое можно охарактеризовать как «взрыв» эмоций, в ответ на насилие, издевательство, тяжкое оскорбление. Указанные обстоятельства по настоящему делу не установлены. Из полученных доказательств видно, что Р-на не совершала таких противоправных или аморальных действий против подсудимого. В свою очередь, из этих доказательств видно, что Одинцов правильно оценивал происходящее, действовал не импульсивно, а вполне осознанно, в полной мере контролировал свои действия. На поведение подсудимого повлияло алкогольное опьянение, способствуя проявлению агрессии в возникшей конфликтной ситуации. Это подтверждается и заключением судебной психолого-психиатрической экспертизы, согласно которому в действиях подсудимого признаков аффекта не усматривается.

С учетом изложенного действия подсудимого по лишению потерпевшей жизни квалифицируются судом по ч. 1 ст. 105 УК РФ — убийство, то есть умышленное причинение смерти.

В соответствии с обвинением установлено, что после причинения потерпевшей смерти Одинцов незаконно, тайно, с корыстной целью завладел ее имуществом, совершив кражу. Подсудимый признает хищение телефона и денежных средств в сумме * рублей. Размер хищения наряду с признаниями подсудимого устанавливается показаниями потерпевшего и свидетелей, иными доказательствами и в денежном выражении составляет * рублей. Доказательства, подтверждающие причинение хищением существенного, значительного ущерба, не представлены. С учетом количества и общей стоимости, значимости похищенного имущества, материального положения потерпевших, месячный доход которых составлял * рублей, суд не находит причиненный кражей ущерб значительным и исключает соответствующий квалифицирующий признак из обвинения. В этой связи действия подсудимого по завладению имуществом потерпевшей надлежит переквалифицировать с п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ на ч. 1 ст. 158 УК РФ — кража, то есть тайное хищение чужого имущества, без квалифицирующих признаков.

Действия подсудимого во время совершения преступления носили осмысленный, целенаправленный и мотивированный характер. В ходе расследования в отношении Одинцова проведена комплексная судебная психолого- психиатрическая экспертиза, из заключения которой следует, что психическими заболеваниями он не страдал и не страдает, признаков какого-либо временного психического расстройства не обнаруживал, находился в состоянии простого алкогольного опьянения, мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Выводы экспертизы являются обоснованными, соответствуют полученным по делу доказательствам, свидетельствующим об адекватном поведении подсудимого. В судебном заседании Одинцов также ведет себя адекватно, дает логически связные показания, и у суда не возникло никаких сомнений в его вменяемости.

При определении вида и размера наказания суд принимает во внимание характер и степень общественной опасности, все фактические обстоятельства содеянного, в том числе сопряженного с посягательством на жизнь человека и отнесенного законом к особо тяжким преступлениям. Судом также учитываются признание вины, влияние назначаемого наказания на исправление подсудимого и на достижение иных предусмотренных законом целей наказания, личность подсудимого, который характеризуются удовлетворительно. Одинцов, имея судимости за умышленные тяжкие преступления, совершил убийство при особо опасном рецидиве (ч. 3 ст. 18 УК РФ), а кражу — при рецидиве преступлений (ч. 1 ст. 18 УК РФ). В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ рецидив преступлений является обстоятельством, отягчающим наказание. Смягчающими наказание обстоятельствами в соответствии с п. п. «г, и» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд признает наличие у Одинцова малолетних детей, явку с повинной (т. 1 л. д. 115) и способствование раскрытию преступления. Преступление совершено в условиях неочевидности. Одинцов, рассказывая обстоятельства преступления, неизвестные органам расследования, содействовал следствию, и эти признания использованы для установления фактических обстоятельств и доказательственного обоснования виновности подсудимого. В связи с наличием отягчающего обстоятельства правила ч. 1 ст. 62 УК РФ не применяются.

С учетом изложенных выше обстоятельств суд полагает необходимым назначить подсудимому наказание в виде лишения свободы в пределах санкции соответствующего закона, с учетом положений ч. 2 ст. 68 УК РФ, регламентирующих назначение наказания при рецидиве преступлений, с применением по ст. 105 УК РФ дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Одинцов осужден приговором * районного суда г. * от * года по п. п. «б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, и наказание, назначенное указанным приговором, подлежит присоединению по правилам, установленным ч. 5 ст. 69 УК РФ.

Согласно п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ, отбывание наказания подсудимому надлежит определить в исправительной колонии особого режима.

Исковые требования о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда по делу не заявлены. Потерпевший вправе обратиться с соответствующим иском в порядке гражданского судопроизводства.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 306, 307,

П Р И Г О В О Р И Л

Одинцова Е.А. признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105, ч. 1 ст. 158 УК РФ, и назначить наказание в виде лишения свободы

-по ст. 105 ч. 1 УК РФ на срок 13 лет с ограничением свободы на срок 1 год,

-по ст. 158 ч. 1 УК РФ на срок 1 год 6 месяцев.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначить Одинцову Е.А. наказание в виде лишения свободы на срок 14 лет с ограничением свободы на срок 1 год.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания, назначенного настоящим приговором, и наказания, назначенного Одинцову Е.А. приговором * районного суда г. * от * года, окончательно Одинцову Е.А. назначить наказание в виде лишения свободы на срок 15 лет с ограничением свободы на срок 1 год с отбыванием основного наказания в исправительной колонии особого режима.

Срок наказания Одинцову Е. А. исчислять с * 2010 года. Зачесть в срок наказания время содержания под стражей и отбывания наказания, назначенного приговором * районного суда г. * от * года, — с * 2010 года. Меру пресечения в отношении Одинцова Е. А. до вступления приговора в законную силу оставить без изменения — заключение под стражу.

По отбытии основного наказания в соответствии со ст. 53 УК РФ возложить на Одинцова Е. А. обязанности в течение одного года не изменять место жительства или пребывания и место работы, а также не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, для регистрации.

Вещественные доказательства, находящиеся на хранении в КХВД СО по г. *: при обращении вещи погибшей и телефон «*» с зарядным устройством передать потерпевшему Р-ну А. П., предметы одежды осужденного Одинцова Е. А. передать его представителям. При невостребованности данное имущество, а также остальные вещественные доказательства, не представляющие ценности, уничтожить.

Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Верховный Суд Российской Федерации в течение десяти суток со дня провозглашения, а осужденным — в тот же срок со дня получения копии приговора. В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, данное ходатайство может быть заявлено в течение 10 суток со дня вручения копии приговора и указано в кассационной жалобе либо в тот же срок со дня вручения копии кассационного представления или копии кассационной жалобы.

Электронный текст документа
подготовлен ЗАО "Кодекс" и сверен по:
файл-рассылка

ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

от 17 февраля 2010 г. N 361-П09ПР

Президиум Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего — Лебедева В.М.,

членов Президиума — Давыдова В.А., Кузнецова В.В., Магомедова М.М., Нечаева В.И., Петроченкова А.Я., Серкова П.П., Свиридова Ю.А., Соловьева В.Н., Хомчика В.В. —

рассмотрел уголовное дело по надзорному представлению заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Кехлерова С.Г. и надзорной жалобе осужденного Р. на приговор Ростовского областного суда с участием присяжных заседателей от 25 декабря 2001 года, по которому

Р., , судимый 28 июня 2001 года по п. "а" ч. 2 ст. 163 УК РФ к 3 годам лишения свободы,

осужден: по п. "а" ч. 3 ст. 111 УК РФ к 8 годам лишения свободы, по п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 15 годам лишения свободы, по п. п. "б", "д" ч. 2 ст. 161 УК РФ к 4 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений назначено 16 лет лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, с частичным присоединением наказания по приговору от 28 июня 2001 года окончательно назначено 17 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

В совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 150 УК РФ, Р. оправдан за недоказанностью события преступления.

Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 16 июля 2002 года приговор в части осуждения Р. по п. п. "б", "д" ч. 2 ст. 161 УК РФ отменен, дело прекращено за отсутствием состава преступления.

Постановлением Семикаракорского районного суда Ростовской области от 27 сентября 2004 года приговор Ростовского областного суда от 25 декабря 2001 года в отношении Р. оставлен без изменения.

По данному делу также осужден К., надзорное производство в отношении которого не возбуждено.

В надзорном представлении заместителя Генерального прокурора Российской Федерации поставлен вопрос о смягчении осужденному наказания. В надзорной жалобе осужденного Р. поставлен вопрос о внесении в приговор изменений.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Сидоренко Ю.И., изложившего обстоятельства уголовного дела, содержание приговора и кассационного определения, мотивы надзорного представления и надзорной жалобы и вынесения постановления о возбуждении надзорного производства, выступление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Кехлерова С.Г., поддержавшего доводы надзорного представления, Президиум Верховного Суда Российской Федерации

вердиктом коллегии присяжных заседателей, с учетом внесенных в приговор изменений, Р. признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с особой жестокостью, издевательством и мучениями для потерпевшего, группой лиц, и в убийстве с целью скрыть другое преступление. Преступления совершены при следующих обстоятельствах.

1 мая 2001 года, около 23 часов 30 минут, у дома N 4/1 по ул. Миронова в г. Ростове-на-Дону Р., К. и Р.У. распивали спиртные напитки. Между К. и Р.У. на почве личных неприязненных отношений возникла ссора, в ходе которой Р. и К. стали избивать Р.У. Действуя совместно, проявляя особую жестокость, издеваясь и причиняя мучения потерпевшему, Р. и К. нанесли множественные удары руками и ногами по голове и телу Р. У. Когда потерпевший пытался убежать, догнали его и продолжили избиение. Р. наносил потерпевшему удары металлической трубой. Совместными действиями Р. и К. причинили потерпевшему телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

2 мая 2001 года, около 00 часов 00 минут, Р. с целью скрыть совершенное им и К. преступление, наступил ногой на шею потерпевшего Р.У. и стал душить. Смерть потерпевшего наступила от механической асфиксии в результате сдавливания шеи.

Читайте также:  Статья 378 2 налогового кодекса рф

В надзорном представлении заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Кехлерова С.Г. поставлен вопрос о смягчении наказания, назначенного Р. по совокупности преступлений, предусмотренных п. "а" ч. 3 ст. 111, п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ, а также по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ.

В надзорных жалобах Р. оспаривает обоснованность осуждения по п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ и по ч. 3 ст. 111 УК РФ, утверждает, что между ним и Р.У. была драка, после чего он оставил Р.У., и тот был жив. Кроме того, указывает на нарушение норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела судом, утверждает, что прокурор доводил до сведения присяжных данные, характеризующие личность, присяжные находились в совещательной комнате меньше положенного времени. Просит приговор в части осуждения его по п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ отменить, производство по делу прекратить за недоказанностью его причастности к преступлению, исключить осуждение по ч. 3 ст. 111 УК РФ и смягчить назначенное наказание.

Рассмотрев уголовное дело по надзорному представлению заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Кехлерова С.Г. и надзорным жалобам осужденного Р., Президиум Верховного Суда Российской Федерации находит надзорное представление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации подлежащим удовлетворению, а надзорные жалобы осужденного Р. — частичному удовлетворению.

Вопреки доводам, приведенным в надзорных жалобах Р., о необоснованности его осуждения по ч. 3 ст. 111 УК РФ и по п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ, его виновность установлена вердиктом коллегии присяжных заседателей, который вынесен в соответствии с требованиями закона. Председательствующий квалифицировал содеянное Р. в соответствии с обвинительным вердиктом и установленными присяжными заседателями обстоятельствами совершенных преступлений.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона в ходе судебного заседания не установлено.

Как видно из протокола судебного заседания (т. 3 л.д . 86), присяжные в 13 часов 45 минут удалились в совещательную комнату и вернулись в зал судебного заседания в 16 часов 45 минут. В связи с противоречиями, обнаруженными председательствующим в вопросном листе, присяжные в 16 часов 55 минут вновь вернулись в совещательную комнату и возвратились в зал судебного заседания в 17 часов 05 минут.

Данные о личности Р. были исследованы с участием присяжных заседателей лишь в той мере, в какой они необходимы для установления отдельных признаков состава преступлений, в которых он обвинялся.

Как видно из материалов уголовного дела, Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации, проверив установленные судом первой инстанции фактические обстоятельства дела, пришла к выводу о необоснованности осуждения Р. за грабеж (в определении ошибочно указано "за разбой"), уголовное дело в этой части прекратила за отсутствием состава преступления. При этом вопрос о назначении по совокупности более мягкого наказания судом кассационной инстанции не обсуждался.

По п. п. "б", "д" ч. 2 ст. 161 УК РФ Р. было назначено 4 года лишения свободы, а по совокупности трех преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ — 16 лет лишения свободы.

С учетом требований ст. ст. 6, 60 УК РФ исключение наказания за одно из преступлений, входящих в совокупность, должно повлечь назначение более мягкого наказания в целом.

На основании изложенного, а также руководствуясь ст. 407, п. 6 ч. 1 ст. 408 УПК РФ, Президиум Верховного Суда Российской Федерации

1. Надзорное представление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Кехлерова С.Г. удовлетворить. Надзорные жалобы осужденного Р. удовлетворить частично.

2. Приговор Ростовского областного суда с участием присяжных заседателей от 25 декабря 2001 года, кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 16 июля 2002 года и постановление судьи Семикаракорского районного суда Ростовской области от 27 сентября 2004 года в отношении Р. изменить, по совокупности преступлений, предусмотренных п. "а" ч. 3 ст. 111, п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ назначить 15 лет 6 месяцев лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ назначить Р. 16 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

В остальном судебные решения в отношении Р. оставить без изменения.

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 22 сентября 2005 г. N 33-005-58

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в составе

председательствующего — Магомедова М.М., судей — Пелевина Н.П. и Степанова В.П.

рассмотрела в судебном заседании от 22 сентября 2005 года кассационные жалобы осужденного Караганова Д.А. и адвоката Коренюка Д.А. на приговор Ленинградского областного суда от 25 апреля 2005 года, которым

Караганов Д.А. . ранее судимый 6 мая 2003 года по ст. 111 ч. 4 УК РФ с применением ст. 73 УК РФ к 6 годам лишения свободы с испытательным сроком 3 года,

осужден по ст. 105 ч. 1 УК РФ к 8 годам лишения свободы, на основании ст.ст. 74 ч. 5, 70 УК РФ отменено условное осуждение по приговору от 6 мая 2003 года, частично присоединено неотбытое по нему наказание в виде 3 лет лишения свободы, и окончательно по совокупности приговоров Караганову Д.А. назначено 11 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

Сотов Ф.Е. . ранее судмый 22 июня 2003 гола по ст. 158 ч. 2 п.п. "а, б, в" УК РФ с применением ст. 73 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года,

осужден по ст. 316 УК РФ с применением ст. 73 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, с указанием на самостоятельное исполнение наказания по приговору от 22 июля 2003 года;

Румянцев С.А. . судимый 28 июня 2004 года по ст. 158 ч. 2 п. "а" УК РФ к 1 году лишения свободы,

осужден по ст. 112 ч. 2 п. "г" УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний по приговору от 28 июня 2004 года и настоящему приговору окончательно Румянцеву С.А. назначено 4 года лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Постановлено взыскать компенсацию морального вреда в пользу А. с Караганова Д.А. — . рублей, с Румянцева С.А. — . рублей.

Приговор в отношении Сотова Ф.Е. и Румянцева С.А. не обжалован и рассматривается в порядке ст. 360 УПК РФ.

Румянцев С.А. признан виновным в умышленном причинении Б. . года рождения, вреда здоровью средней тяжести, а Караганов Д.А. — в совершении его убийства;

Сотов Ф.Е. признан виновным в заранее не обещанном укрывательстве особо тяжкого преступления — убийства.

Преступления совершены в период с 14 и 16 апреля 2004 года . при изложенных в приговоре обстоятельствах.

Заслушав доклад судьи Пелевина Н.П., объяснения осужденных Караганова Д.А. и Румянцева С.А. по доводам кассационных жалоб, мнение прокурора Ерохина И.И., возражавшего против удовлетворения кассационных жалоб и полагавшего приговор в отношении Караганова и Румянцева законным и обоснованным, а в отношении Сотова полагавшим приговор отменить и дело производством прекратить за истечением срока давности уголовного преследования, предусмотренного ст.ст. 78, 94 УК РФ, судебная коллегия установила:

в судебном заседании осужденные Румянцев С.А. и Сотов Ф.Е. виновными себя признали полностью, а Караганов Д.А. — частично.

В кассационной жалобе и дополнении к ней осужденный Караганов Д.А. указывает, что выводы суда в приговоре не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, он постановлен на противоречивых доказательствах, с нарушением норм уголовно-процессуального закона и принципа состязательности, без оценки доказательств его непричастности к убийству потерпевшего. Дана неправильная оценка показаниям осужденного Румянцева и дополнительным выводам судебно-медицинского эксперта о способе причинения смерти потерпевшему. Показания осужденного Сотова при выходе на место происшествия являются неправильными, противоречащими другим доказательствам, что не получило оценки в приговоре. Фактически он, Караганов, подошел к уже мертвому потерпевшему и не мог быть причастен к лишению его жизни. В основу приговора положены непоследовательные показания одного Сотова, без учета других доказательств и того, что тот пытался переложить вину на других лиц. Согласно доказательствам, смерть потерпевшему мог причинить Румянцев, действия которого о способе волочения потерпевшего в приговоре описаны неконкретно. Не дано оценки заявлению Сотова в суде об оговоре его и Румянцева и причинах оговора, непоследовательности показаний осужденного Румянцева, пытавшегося ввести в заблуждение органы следствия и смягчить свою ответственность со ссылкой на угрозы со стороны его, Караганова. Показания свидетеля Д. о его действиях противоречат другим доказательствам и являются недостоверными. Не учтено, что у него не имелось ни мотива, ни умысла на убийство потерпевшего. При назначении ему наказания не были учтены положительные данные о его личности и принцип справедливости наказания. Просит приговор в отношении его отменить за недоказанностью вины и дело производством прекратить или направить на новое судебное рассмотрение, либо изменить приговор и наказание назначить с применением ст. 64 УК РФ.

В кассационной жалобе и дополнении к ней адвокат Коренюк Д.А. считает приговор в отношении Караганова Д.А. незаконным, необоснованным, его выводы несоответствующими фактическим обстоятельствам дела, ссылается на неправильное применение уголовного закона. Указывает, что в приговоре допущены существенные противоречия, повлиявшие на выводы суда о виновности Караганова и юридическую квалификацию его действий. Не дано надлежащей оценки доказательств, как уличающих, так и оправдывающих его, причинам их противоречивости. В судебном заседании необоснованно оглашены показания свидетеля Д., данные на предварительном следствии, без согласия защиты и отсутствия уважительных причин ее неявки в судебное заседание. Данное доказательство является недопустимым и не могло быть положено в основу приговора. Неправильная избирательная оценка дана явке с повинной осужденного Сотова, в которой не указано нанесение потерпевшему ударов у колодца. Не имеется доказательств причастности Караганова к убийству Б., оставлены без внимания обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Противоречивые показания осужденных Румянцева и Сотова на следствии, в отличие от последовательных показаний Караганова, суд признал достоверными, не дав оценки причинам противоречий. При этом в жалобе дается анализ всех показаний осужденных, указывается на неполноту и односторонность судебного разбирательства. Судом не выяснена возможность наступления смерти Б. при обстоятельствах, указанных осужденным Румянцевым в судебном заседании, и не имелось оснований признавать Караганова виновным в убийстве потерпевшего. Просит приговор в отношении Караганова отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение.

В возражении на кассационные жалобы государственный обвинитель Яковлев Д.Ф. считает их необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит приговор в отношении Караганова и Румянцева подлежащим изменению, а в отношении Сотова — подлежащим отмене.

Выводы суда о виновности осужденных основаны на исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре доказательствах.

Из показаний осужденного Румянцева С.А. в судебном заседании видно, что когда с Б. ходили за спиртным, решили зайти в гости к Д., у которой находились Караганов и Сотов, с которыми они стали распивать спиртное. У Караганова с Б. произошла ссора, в ходе которой Караганов ударил Б. кулаком по голове, он также ударил потерпевшего, после чего Б. сел на стул. Они с Карагановым снова нанесли ему удары кулаками по голове, вывели его на улицу, положили возле веранды, и каждый нанес потерпевшему по два удара ногами по телу. После этого он, Румянцев, снял с Б. одежду, привязал к его ноге и шее шпагат и потащил к колодцу, при этом потерпевший был жив. Возле колодца к ним подошли Караганов, Сотов и Д., и Караганов сказал, что потерпевший мертв.

Читайте также:  Причины отказа от выполнения работ

Он, Румянцев, испугался и убежал к Д., у которой и ночевал, а утром узнал, что труп Б. сброшен в колодец.

В порядке устранения и оценки причин противоречий в показаниях осужденного Румянцева С.А. в судебном заседании были оглашены его показания, данные на предварительном следствии.

При допросе в качестве обвиняемого он показал, что шпагат завязал лишь на ноге Б., а на шее не завязывал. Караганов не только наносил удары по голове и телу потерпевшего, но и наступал ему на голову и удерживал его таким образом, наступил ему на шею и прыгал на потерпевшем (т. 1 л.д. 88-92, т. 2 л.д. 215-220).

При проверке показаний Румянцева С.А. с выходом на место происшествия он показал, что они с Карагановым наносили удары Б. он привязал шпагат к ноге потерпевшего и подтащил его к колодцу, где Караганов наступил ногой на грудь потерпевшего (т. 2 л.д. 92-102).

Из показаний осужденного Караганова Д.А. в судебном заседании усматривается, что во время ссоры с Б. ему показалось, что последний хочет ударить его, он решил опередить его и два раза ударил его кулаком по лицу, после чего Румянцев также нанес потерпевшему несколько ударов кулаком, а затем его два раза ударил Сотов. Румянцев предложил раздеть потерпевшего и оттащить в поле. Он и Сотов вытащили Б., где втроем нанесли ему удары по телу, после чего Румянцев сорвал с него одежду, привязал шпагат к ногами потерпевшего и потащил в поле, куда через некоторое время подошли он и Сотов, а также Д. Он увидел, что Б. лежал в луже без признаков жизни, сказал о его смерти, и Румянцев убежал, а они с Сотовым положили труп потерпевшего в колодец. Считает, что от его действий смерть потерпевшего наступить не могла.

Его показания не противоречат тем, которые он давал на предварительном следствии при выходе на место происшествия с его участием (т.2 л.д. 84).

Из показаний осужденного Сотова Ф.Е. в судебном заседании следует, что в ходе ссоры Караганов и Румянцев стали наносить Б. удары по голове и телу, Румянцев взял его за волосы и ударил лицом о стол, разбил лицо до крови. Затем Караганов и Румянцев вытащили потерпевшего на улицу, где по два раза каждый пнули его по телу. Румянцев снял с потерпевшего одежду, откуда-то принес веревку, привязал ее к потерпевшему и оттащил его к колодцу, при этом потерпевший был еще жив. Минут через 15 Румянцев вернулся к ним, они подошли к колодцу, где лежал Б. и Караганов сказал, что он мертв. Румянцев убежал, а они опустили труп в колодец.

В порядке устранения причин противоречий в показаниях Сотова Ф.Е. в судебном заседании были оглашены его показания, которые он дал на предварительном следствии при выходе на место происшествия с его участием.

Из них видно, что Караганов завязал шпагат на шее Б. перетащил его ближе к колодцу, после чего встал ногой на шею потерпевшего и одновременно тянул шпагат, давил на нее ногой и тянул петлю около минуты, после чего они Караганов опустили труп в колодец (т. 2 л.д. 104).

Показаниям осужденных в приговоре дана мотивированная критическая оценка в их совокупности, и они признаны достоверными в той их части, в какой соответствуют другим доказательствам.

Согласно протоколу осмотра места происшествия, в д. . колодце возле дома N . обнаружен труп мужчины с признаками насильственной смерти; при извлечении на трупе обнаружено отсутствие одежды; на левом коленном суставе завязан красный плетеный шнур, второй конец которого привязан к сетчатому мешку с находящимися в нем кувалдой и кирпичами; на шее находилась 4-витковая петля из белого шнура со скользящим узлом; при осмотре помещения дома N . обнаружены и изъяты предметы со следами вещества бурого цвета, похожего на кровь (т. 1 л.д. 8-21).

Труп потерпевшего Б. был опознан его сестрой А. (т. 1 л.д. 76-77).

Из показаний свидетеля Д. следует, что от Румянцева ей стало известно, что с Б. они зашли к Д., где распивали спиртное, после чего у последнего произошел конфликт с Карагановым. Б. стали избивать, в том числе, и он, Румянцев, который затем связал ему руки и ноги шпагатом, оттащил в сторону и ушел к ней. О смерти Б. до обнаружения его трупа ей сообщила Д., но она по причине алкогольного опьянения не придала этому значения.

Из показаний свидетеля Д. на предварительном следствии, оглашенных в судебном заседании в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона следует, что во время распития спиртного у нее дома между Б. и Карагановым произошла ссора, в ходе которой последний ударил потерпевшего по лицу, разбив до крови нос. После этого Румянцев нанес потерпевшему несколько ударов рукой по лицу и ногой по голове, после чего его несколько раз ударил по телу Сотов. Она вышла из кухни, а по возвращении увидела Б. лежащим на полу. Караганов проверил у него пульс, сказал, что он живой и ударил ногой по телу. Румянцев предложил посмеяться над потерпевшим, раздеть его до гола, вытащить в поле и оставить там. Караганов согласился, вдвоем с Румянцевым они волоком дотащили потеплевшего до крыльца и спихнули на землю. Караганов сказал, что Б. может заявить в милицию, и его нужно добить. Румянцев стал раздевать потерпевшего, порвав его одежду, после чего привязал к его ногам бельевую веревку и за нее потащил его волоком за калитку, где оставил лежать в луже. Караганов снова начал пинать потерпевшего по телу, запрыгнул на него и нанес удар по пояснице, а Румянцев несколько раз пнул потерпевшего по телу. Затем Караганов подозвал ее к себе, оперся на нее рукой и наступил ногой на шею Б. с силой вдавливая голову в землю, пока тот не перестал подавать признаки жизни. Караганов проверил у потерпевшего пуль и всем сообщил о его смерти. Послеэтого Румянцев убежал, а Караганов и Сотов сбросили труп Б. в колодец (т. 1 л.д. 94-96, 98-99).

При проверке показаний свидетеля Д. с выходом на место происшествия она показала, как Румянцев привязал шпагат именно к ноге потерпевшего и потащил его в поле (т. 1 л.д. 149).

Из акта судебно-медицинской экспертизы следует, что смерть Б. наступила от тупой травмы шеи с множественными переломами гортанного комплекса, осложнившейся механической асфиксией, возникшей от действия тупого твердого предмета прижизненно;

указанная травма могла возникнуть от сдавления шеи ногой, либо в сочетании с наложенной петлей;

кроме того, на трупе обнаружены другие множественные телесные повреждения различной степени тяжести и локализации, описанные в акте и приговоре (т. 1 л.д. 128).

Согласно дополнительному заключению судебно-медицинского эксперта, закрытая черепно-мозговая травма, тупая травма груди и ушиб левой почки не находятся в прямой причинной связи со смертью потерпевшего (т. 2 л.д. 67).

Из показаний свидетеля В. усматривается, что со слов осужденных Караганова, Румянцева и свидетеля Д. он подтвердил их показания.

Приведенным доказательствам в приговоре дана подробная и мотивированная оценка с точки зрения их достоверности и допустимости, в том числе, и в отношении показаний свидетеля Д. в отношении которой судом принимались необходимые меры по ее вызову в судебное заседание, но оказались безрезультатными.

Выводы суда об оценке достоверности и допустимости доказательств, положенных в основу приговора, являются обоснованными и сомнений не вызывают.

В соответствии с фактическими обстоятельствами и доказательствами по делу, установленными в ходе судебного разбирательства, суд правильно, законно и обоснованно квалифицировал действия Караганова по ст. 105 ч. 1 УК РФ, Румянцева по ст. 112 ч. 2 п. "г" УК РФ.

Правовая оценка действий Сотова по ст. 316 УК РФ соответствовала приведенным в приговоре доказательствам, однако при постановлении приговора, с учетом несовершеннолетнего возраста Сотова в момент совершения указанного деяния, истек срок давности уголовного преследования за данное преступление, и обвинительный приговор в отношении его не мог быть постановлен.

При таких обстоятельствах приговор в отношении Сотова подлежит отмене с прекращением дела производством за истечением срока давности уголовного преследования, предусмотренного ст.ст. 78, 94 УК РФ.

Доводы кассационной жалобы осужденного Караганова о том, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам и доказательствам по делу, являются необоснованными. Достоверность показаний осужденных Румянцева и Сотова судом признана правильной по указанным выше основаниям, доказательствами полностью опровергнуты доводы Караганова о его непричастности к смерти Б.

Опровергнуты в приговоре и доводы жалобы Караганова об оговоре его осужденным Ситовым и противоречивости показаний осужденного Румянцева и свидетеля Д., которые являются последовательными и соответствуют другим доказательствам.

Доводы жалобы адвоката Коренюка Д.А. о необоснованном оглашении показаний свидетеля Д. нельзя признать обоснованными, поскольку ее показания судом оглашены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением принципа состязательности.

Вопреки доводам жалобы адвоката Коренюка о непричастности Караганова к лишению жизни потерпевшего, в приговоре приведены конкретные доказательства в подтверждение данного обстоятельства, и он обоснованно признан виновным в умышленном причинении смерти потерпевшему.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы свидетельствовали о неправосудности приговора и являлись основанием к его отмене, по делу не установлено, и доводы жалоб в этой части также являются несостоятельными.

Наказание осужденным Караганову и Румянцеву назначено с учетом характера совершенных ими преступлений, степени общественной опасности содеянного каждым, данных о их личностях и не свидетельствует о его чрезмерной суровости и несправедливости.

Вместе с тем, суд при назначении им наказания необоснованно учел в качестве обстоятельства, способствовавшего совершению преступления, совершение его в состоянии алкогольного опьянения, что не соответствует требованиям уголовного закона и подлежит исключению из приговора, но не может влиять на справедливость и законность назначенного им наказания.

Оснований для удовлетворения жалоб по изложенным в них доводам не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Ленинградского областного суда от 25 апреля 2005 года в отношении Сотова Ф.Е. отменить и дело производством прекратить на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за истечением срока давности уголовного преследования, предусмотренного ст.ст. 78, 94 УК РФ.

Тот же приговор в отношении Караганова Д.А. и Румянцева С.А. изменить, исключить из его мотивировочной части указание на то, что при назначении им наказания суд учитывает в качестве условия, способствовавшего совершению преступления, состояние алкогольного опьянения каждого из осужденных.

В остальном приговор в отношении Караганова Д.А. и Румянцева С.А. оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного Караганова Д.А. и адвоката Коренюка Д.А. — без удовлетворения.

Ссылка на основную публикацию
Займ на карту
close slider

Adblock detector